Мышоля! (![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} vedmouse) wrote,@ 2004-12-10 03:30:00 |
|
Чертик из коробки конфет
еще один рассказик написался.
вопросы те же:
1. как вообще?
2. не слишком ли вообще?
2. как концовка? хватает ли загадки и разгадки.
2. как вы попали на эту запись? =-)
Вот и пришел очередной мой день рождения. Гости, салаты, подарки. Первым подарком стала большая коробка конфет. Каких-то импортных, я таких еще не ел. Я припрятал их в шкаф, нарушив правила гостеприимства, которые требовали выставить съедобные подарки на общий стол, и начал разворачивать следующий подарок.
Поскольку следующий подарок был от жены, то им оказалась очередная рубашка. Нежно- голубого цвета, как и в прошлом году. Как и в позапрошлом. Вот почему я всегда приглашал много гостей - душа требовала разнообразия.
Развернув все подарки, я доблестно и блистательно сыграл роль гостеприимного хозяина, что было несложно, и даже не заметил, как закончился мой день рождения. Наступила ночь, ушли последние гости, мы остались вдвоем с женой, полумертвые от усталости и наедине с кучей грязной посуды - самый мерзкий момент праздников.
- Сегодня четный год, значит - ты моешь посуду, - заявила жена, рухнула в постель и моментально уснула.
Да, четный. Ну и что? Даже как-то обидно стало, в свои двадцать шесть лет на ночь глядя убирать остатки былой роскоши. Но, вспомнив о существовании слова «надо», я поплелся на кухню, вспомнив, что в шкафу лежат припрятанные конфеты, а после гостей осталась недопитая бутылочка виски. С ними будет веселее.
Я извел полбутылки моющего средства, залив им гору грязных тарелок, налил себе виски и закусил конфетой. Потом повернулся к раковине и включил воду.
- Хр-рррр... пш-шш..., - сказал кухонный кран. Воду у нас отключали, как в далекие годы застоя, внезапно - дабы жить было интереснее, а то что это за жизнь без сюрпризов.
Ну что ж, - подумал я, - не судьба, значит. И налил вторую порцию виски в последний чистый стакан. Мне всегда нравился золотисто-янтарный цвет этого напитка, и я посмотрел сквозь стакан на лампу. На краю стакана появился чертик и сказал:
- Пить надо, а не смотреть!
Я опешил. О существовании белой горячки мне было известно, как-то раз, хорошо накушавшись, я даже видел золотых тараканов, которых, как мне потом рассказали, бил тапочком в течение часа, однажды встретил семейство розовых ежей, которых охранял от жены. Но это было два раза в жизни, и выпил я тогда много. Очень. А сегодняшний чертик противоречил логике пьянства. Несколько рюмок алкоголя для здорового мужчины - не повод видеть чертей.
- Ты будешь пить или нет? - поинтересовался чертенок.
Я ущипнул себя за нос. Чертенок качнул копытцем и, дотянувшись до моего носа, ущипнул меня еще сильнее.
- Тварь, - прорычал я, - сгинь!
- Не могу, - вздохнул чертенок, - пей давай.
Я выпил. Чертенок не исчез. Мне вдруг стало очень нехорошо. Я трясущейся рукой схватил конфетку и съел ее, почти не жуя. Потом еще.
Чертенят стало трое. Они теперь бегали по столу и хватали друг друга за хвосты. Да, они были именно такие, какими их обычно рисуют - маленькие, черненькие, с копытцами, рожками и хвостом. В общем, симпатичные и смешные, но мне было не до смеха.
Я сделал над собой усилие, схватил бутылку и опрокинул ее, как мне тогда показалось, над раковиной. И по закону подлости промахнулся. Виски залило весь пол на кухне, и в нос шибанул алкогольный дух. Видимо, на этот запах из спальни вышла проснувшаяся жена. Я резко дернулся к столу, чтобы прикрыть руками чертенят, которые теперь пинали друг друга копытцами.
- Фу, чем так пахнет? - она поморщила нос.
- Да это я виски случайно разлил, - пытаясь говорить, не запинаясь, объяснил я.
- А, ну это нормально, пол продезинфицируем, – спокойно отреагировала жена. - Что там у тебя? – она удивленно посмотрела на мои руки, лежащие на столе.
Будь что будет, - решил я и убрал руки. Чертенята смирно стояли рядком и смотрели на жену. Она зевнула и сказала:
- Стол протри потом, когда посуду домоешь.
Так, значит, это у меня галлюцинация. Чертей вижу только я.
- Воды нет, - я кивнул на кран. Жена проверила и сказала:
- Тогда пошли спать, завтра уберем.
Зря я надеялся, что маленькие пакостники исчезнут, как только я войду в спальню. Они последовали за мной и запрыгнули на постель, чего я совсем не ожидал! Жена заснула, погасив свет, а я лег на спину и с удивлением заметил, что с потолка на кронштейне свисает телевизор, а в телевизоре кривляются мои новые друзья, совершая какие-то непристойные движения. Я с отвращением перевернулся на бок. Из стены тотчас же выехал другой телевизор, поменьше, и там тоже были непристойные клипы. Я закрыл глаза и наконец-то заснул.
Ночью мне снились чертики, чертихи, чертенята и огромные черти. Они ходили друг к другу в гости, воспитывали детей, обсуждали достоинства и недостатки новых моделей котлов и вил, в общем, вели себя образцово-показательно. А потом один особенно противный черт ткнул меня в бок вилами и я проснулся.
- Саша, вставай, опоздаешь, - тыкала меня в бок жена. – Вставай, я умываться пошла.
Я встал, отчаянно зевнул и начал одеваться. На работу не хотелось страшно. Но это было нормальное состояние для понедельника. И я подозревал, что я совсем не одинок в своем нежелании вставать так рано.
Я наступил на кота, кот лениво вякнул и запрыгнул на кровать, презрительно щурясь.
- У-уу, и ты против меня, - я погрозил коту кулаком и вышел на кухню.
Там умытая жена сооружала омлет. Я включил чайник и вдруг, вспомнив вчерашний глюк, покосился на стол. Там было чисто. Я облегченно вздохнул. Значит, просто померещилось.
- Садись, давай быстрее, я уже опаздываю, - жена шмякнула на стол две тарелки, вилки, батон и нож. Я заварил чай и мы принялись быстро заглатывать горячий омлет и обжигающий чай. Жена управилась первой, упорхнула в коридор, оделась и выбежала.
- Пока, пока, я побежала!
-Пока!
Я быстро допил чай и вышел за ней. В углу, у мойки, мне померещилась какая-то маленькая тень, но я быстро вышел из кухни и постарался забыть об этом.
На работе я все-таки решил тихонько поделиться с приятелем своими подозрениями.
- Слышь, Вов, - я воровато оглянулся вокруг. Вроде бы в столовой было спокойно, лишние уши уже поели. – Ты чертей когда-нибудь видел спьяну?
- Ну, видел, - невозмутимо пробасил Вовка. – а что?
- Да я вот тоже… Видел. Думал, что с ума сошел, - задумчиво пробубнил я.
- Ерунда. Черненькие? Маленькие? С копытцами? – деловито и заинтересованно спросил он.
- Откуда ты знаешь?!
- Ха! Так они всем одинаковые! Сашк! Ты чертей видел? – громогласно спросил он коллегу, сидящего через два столика от нас.
- Да тише ты, - прошипел я.
- Видел! Что ж я, не как все? – обиженно ответил Сашка, схватил тарелку и подсел к нам. – Помню, взяли мы тогда три бутылочки коньячку…
К вечеру вопрос о чертях обсудили всем отделом. Оказывается, не такое уж редкое явление.
Немного разочарованный, я вернулся домой. Жена уже пришла и возилась на кухне. Я тихонько заглянул поздороваться и ошарашенно увидел, что она внимательно смотрит на четверых чертенят, которые бесятся на столе, и играет с ними – сажает по очереди на импровизированную горку, сделанную из гладкой разделочной доски.
- Привет! – прошептал я. Жена дернулась, опрокинула горку и отшатнулась. Чертенята обиженно забегали.
- Ты чего это делаешь?
- Ничего! Ем! – она испуганно смотрела на меня, - будешь ужинать?
- Да ты не волнуйся, - я подошел к столу и поймал одного чертенка, - я тоже их вижу. Только не знаю, что с ними делать.
- Ты… тоже? Видишь? Ох. А я думала, что с ума сошла.
- Может, и сошла. А может, оба сошли.
Я присел на стул и выпустил малявку. Тот немедленно запрыгнул в тарелку с супом, подняв кучу брызг. Я кинул в испорченный теперь суп троих оставшихся и отстранил тарелку.
- Послушай, - спросил я жену, - а почему ты не видела их вчера?
- Вчера? – она внимательно посмотрела на меня. – Значит, ты их видел уже вчера?
- Да. Но побоялся сказать. А ты бы сказала?
-Я? Не знаю, - вздохнула она, - наверное, нет.
Мы одновременно протянули руки и взяли по конфетке из вчерашней коробки. В тарелке с супом стало более шумно. Я оглянулся – чертенят стало шестеро. Мы с женой быстро переглянулись.
- Ты вчера ел конфеты? – спросила она.
- Ты сегодня ела конфеты? – спросил я.
- Проверим?! – сказали мы хором.
Мы быстро съели еще по конфетке. Чертиков стало восемь. Теперь они дрались за место в теплом супе.
- Что это за конфеты? – опять хором сказали мы. – Что за черт, названия даже нет!
В кухню вальяжной походкой вошел кот. Мы медленно и заворожено посмотрели на него и пересчитали оставшиеся в коробке конфеты. Двенадцать штук. Я посмотрел на кота. Жена вопросительно посмотрела на меня.
- Кис-кис-кис, - позвал я. Кот презрительно чихнул и не сдвинулся с места.
- Масик, ну-ка иди сюда, милый, - пропела жена. Кот медленно и неохотно подошел. Я показал ему чертенка. Кот не отреагировал.
- На, Масик, попробуй конфетку? – кот понюхал конфету, но есть не стал. Пришлось закопать ее в кучу корма. Масик был неразборчив в еде, но ел только из миски, и только вперемешку.
Мы ждали, затаив дыхание. Наконец кот доел все, и на дне миски конфеты не было. Я вынул одного чертенка из супа. Масик обнюхал существо. Дернул спиной. Обнюхал еще раз. И тут началось! Я не ожидал от нашего пожилого кота такой прыти! Масик дико заорал, зашипел и немедленно сожрал предложенное. Потом он полоснул меня по руке когтями и запрыгнул на стол, опрокинув все хрупкое и бьющееся, что там стояло. Жена попыталась его схватить, но Масик словно взбесился. Несчастный суп был опрокинут, чертенята в ужасе разбежались кто куда, кот носился за ними по всей кухне, а за котом носились мы с женой! Мы не хотели такого решения. Пусть глюки, но отдавать их на съедение было жалко и как-то не по-человечески.
Наконец Масик был пойман. Я накинул на него свою куртку. Ни одного чертенка не было видно. На кухне царил разгром и кавардак. Жена расстроенно повторяла:
- Ничего себе. Ничего себе.
Масик под курткой наконец успокоился. Я выпустил его в комнату и сказал:
- Жалко их, да?
- Угу, - шмыгнула носом жена. – Смешные были.
- Да уж. Но зато теперь мы опять нормальные люди. Кто же знал, что Масик так взбесится.
- Ох. Может, там валерьянка в начинке. Ну ладно, были и нет. Убраться надо.
- Да ну. Валерьянки точно не было. Давай мы оставшиеся выкинем, что ли? А потом уберемся.
- Давай выкинем. В мусоропровод?
- Нет, давай на помойку, подальше, - твердо сказал я, - на всякий случай.
Мы взяли коробку, положили в пакет и, взявшись за руки, как в первый месяц семейной жизни, пошли на улицу.
Уцелевшие двое чертенят на столе, устав баловаться и вылакав оставшееся виски из стакана, улеглись спать в хлебнице на засохшем батоне. Им было скучно. Ничего, - утешали себя они, - скоро придут хозяева. Совсем скоро. Они больше нас не бросят. Вот тогда мы и повеселимся!
А к помойке в поиске подходящей деликатесной закуски медленно брел местный безобидный бомж и алкоголик Вася…
еще один рассказик написался.
вопросы те же:
1. как вообще?
2. не слишком ли вообще?
2. как концовка? хватает ли загадки и разгадки.
2. как вы попали на эту запись? =-)
Вот и пришел очередной мой день рождения. Гости, салаты, подарки. Первым подарком стала большая коробка конфет. Каких-то импортных, я таких еще не ел. Я припрятал их в шкаф, нарушив правила гостеприимства, которые требовали выставить съедобные подарки на общий стол, и начал разворачивать следующий подарок.
Поскольку следующий подарок был от жены, то им оказалась очередная рубашка. Нежно- голубого цвета, как и в прошлом году. Как и в позапрошлом. Вот почему я всегда приглашал много гостей - душа требовала разнообразия.
Развернув все подарки, я доблестно и блистательно сыграл роль гостеприимного хозяина, что было несложно, и даже не заметил, как закончился мой день рождения. Наступила ночь, ушли последние гости, мы остались вдвоем с женой, полумертвые от усталости и наедине с кучей грязной посуды - самый мерзкий момент праздников.
- Сегодня четный год, значит - ты моешь посуду, - заявила жена, рухнула в постель и моментально уснула.
Да, четный. Ну и что? Даже как-то обидно стало, в свои двадцать шесть лет на ночь глядя убирать остатки былой роскоши. Но, вспомнив о существовании слова «надо», я поплелся на кухню, вспомнив, что в шкафу лежат припрятанные конфеты, а после гостей осталась недопитая бутылочка виски. С ними будет веселее.
Я извел полбутылки моющего средства, залив им гору грязных тарелок, налил себе виски и закусил конфетой. Потом повернулся к раковине и включил воду.
- Хр-рррр... пш-шш..., - сказал кухонный кран. Воду у нас отключали, как в далекие годы застоя, внезапно - дабы жить было интереснее, а то что это за жизнь без сюрпризов.
Ну что ж, - подумал я, - не судьба, значит. И налил вторую порцию виски в последний чистый стакан. Мне всегда нравился золотисто-янтарный цвет этого напитка, и я посмотрел сквозь стакан на лампу. На краю стакана появился чертик и сказал:
- Пить надо, а не смотреть!
Я опешил. О существовании белой горячки мне было известно, как-то раз, хорошо накушавшись, я даже видел золотых тараканов, которых, как мне потом рассказали, бил тапочком в течение часа, однажды встретил семейство розовых ежей, которых охранял от жены. Но это было два раза в жизни, и выпил я тогда много. Очень. А сегодняшний чертик противоречил логике пьянства. Несколько рюмок алкоголя для здорового мужчины - не повод видеть чертей.
- Ты будешь пить или нет? - поинтересовался чертенок.
Я ущипнул себя за нос. Чертенок качнул копытцем и, дотянувшись до моего носа, ущипнул меня еще сильнее.
- Тварь, - прорычал я, - сгинь!
- Не могу, - вздохнул чертенок, - пей давай.
Я выпил. Чертенок не исчез. Мне вдруг стало очень нехорошо. Я трясущейся рукой схватил конфетку и съел ее, почти не жуя. Потом еще.
Чертенят стало трое. Они теперь бегали по столу и хватали друг друга за хвосты. Да, они были именно такие, какими их обычно рисуют - маленькие, черненькие, с копытцами, рожками и хвостом. В общем, симпатичные и смешные, но мне было не до смеха.
Я сделал над собой усилие, схватил бутылку и опрокинул ее, как мне тогда показалось, над раковиной. И по закону подлости промахнулся. Виски залило весь пол на кухне, и в нос шибанул алкогольный дух. Видимо, на этот запах из спальни вышла проснувшаяся жена. Я резко дернулся к столу, чтобы прикрыть руками чертенят, которые теперь пинали друг друга копытцами.
- Фу, чем так пахнет? - она поморщила нос.
- Да это я виски случайно разлил, - пытаясь говорить, не запинаясь, объяснил я.
- А, ну это нормально, пол продезинфицируем, – спокойно отреагировала жена. - Что там у тебя? – она удивленно посмотрела на мои руки, лежащие на столе.
Будь что будет, - решил я и убрал руки. Чертенята смирно стояли рядком и смотрели на жену. Она зевнула и сказала:
- Стол протри потом, когда посуду домоешь.
Так, значит, это у меня галлюцинация. Чертей вижу только я.
- Воды нет, - я кивнул на кран. Жена проверила и сказала:
- Тогда пошли спать, завтра уберем.
Зря я надеялся, что маленькие пакостники исчезнут, как только я войду в спальню. Они последовали за мной и запрыгнули на постель, чего я совсем не ожидал! Жена заснула, погасив свет, а я лег на спину и с удивлением заметил, что с потолка на кронштейне свисает телевизор, а в телевизоре кривляются мои новые друзья, совершая какие-то непристойные движения. Я с отвращением перевернулся на бок. Из стены тотчас же выехал другой телевизор, поменьше, и там тоже были непристойные клипы. Я закрыл глаза и наконец-то заснул.
Ночью мне снились чертики, чертихи, чертенята и огромные черти. Они ходили друг к другу в гости, воспитывали детей, обсуждали достоинства и недостатки новых моделей котлов и вил, в общем, вели себя образцово-показательно. А потом один особенно противный черт ткнул меня в бок вилами и я проснулся.
- Саша, вставай, опоздаешь, - тыкала меня в бок жена. – Вставай, я умываться пошла.
Я встал, отчаянно зевнул и начал одеваться. На работу не хотелось страшно. Но это было нормальное состояние для понедельника. И я подозревал, что я совсем не одинок в своем нежелании вставать так рано.
Я наступил на кота, кот лениво вякнул и запрыгнул на кровать, презрительно щурясь.
- У-уу, и ты против меня, - я погрозил коту кулаком и вышел на кухню.
Там умытая жена сооружала омлет. Я включил чайник и вдруг, вспомнив вчерашний глюк, покосился на стол. Там было чисто. Я облегченно вздохнул. Значит, просто померещилось.
- Садись, давай быстрее, я уже опаздываю, - жена шмякнула на стол две тарелки, вилки, батон и нож. Я заварил чай и мы принялись быстро заглатывать горячий омлет и обжигающий чай. Жена управилась первой, упорхнула в коридор, оделась и выбежала.
- Пока, пока, я побежала!
-Пока!
Я быстро допил чай и вышел за ней. В углу, у мойки, мне померещилась какая-то маленькая тень, но я быстро вышел из кухни и постарался забыть об этом.
На работе я все-таки решил тихонько поделиться с приятелем своими подозрениями.
- Слышь, Вов, - я воровато оглянулся вокруг. Вроде бы в столовой было спокойно, лишние уши уже поели. – Ты чертей когда-нибудь видел спьяну?
- Ну, видел, - невозмутимо пробасил Вовка. – а что?
- Да я вот тоже… Видел. Думал, что с ума сошел, - задумчиво пробубнил я.
- Ерунда. Черненькие? Маленькие? С копытцами? – деловито и заинтересованно спросил он.
- Откуда ты знаешь?!
- Ха! Так они всем одинаковые! Сашк! Ты чертей видел? – громогласно спросил он коллегу, сидящего через два столика от нас.
- Да тише ты, - прошипел я.
- Видел! Что ж я, не как все? – обиженно ответил Сашка, схватил тарелку и подсел к нам. – Помню, взяли мы тогда три бутылочки коньячку…
К вечеру вопрос о чертях обсудили всем отделом. Оказывается, не такое уж редкое явление.
Немного разочарованный, я вернулся домой. Жена уже пришла и возилась на кухне. Я тихонько заглянул поздороваться и ошарашенно увидел, что она внимательно смотрит на четверых чертенят, которые бесятся на столе, и играет с ними – сажает по очереди на импровизированную горку, сделанную из гладкой разделочной доски.
- Привет! – прошептал я. Жена дернулась, опрокинула горку и отшатнулась. Чертенята обиженно забегали.
- Ты чего это делаешь?
- Ничего! Ем! – она испуганно смотрела на меня, - будешь ужинать?
- Да ты не волнуйся, - я подошел к столу и поймал одного чертенка, - я тоже их вижу. Только не знаю, что с ними делать.
- Ты… тоже? Видишь? Ох. А я думала, что с ума сошла.
- Может, и сошла. А может, оба сошли.
Я присел на стул и выпустил малявку. Тот немедленно запрыгнул в тарелку с супом, подняв кучу брызг. Я кинул в испорченный теперь суп троих оставшихся и отстранил тарелку.
- Послушай, - спросил я жену, - а почему ты не видела их вчера?
- Вчера? – она внимательно посмотрела на меня. – Значит, ты их видел уже вчера?
- Да. Но побоялся сказать. А ты бы сказала?
-Я? Не знаю, - вздохнула она, - наверное, нет.
Мы одновременно протянули руки и взяли по конфетке из вчерашней коробки. В тарелке с супом стало более шумно. Я оглянулся – чертенят стало шестеро. Мы с женой быстро переглянулись.
- Ты вчера ел конфеты? – спросила она.
- Ты сегодня ела конфеты? – спросил я.
- Проверим?! – сказали мы хором.
Мы быстро съели еще по конфетке. Чертиков стало восемь. Теперь они дрались за место в теплом супе.
- Что это за конфеты? – опять хором сказали мы. – Что за черт, названия даже нет!
В кухню вальяжной походкой вошел кот. Мы медленно и заворожено посмотрели на него и пересчитали оставшиеся в коробке конфеты. Двенадцать штук. Я посмотрел на кота. Жена вопросительно посмотрела на меня.
- Кис-кис-кис, - позвал я. Кот презрительно чихнул и не сдвинулся с места.
- Масик, ну-ка иди сюда, милый, - пропела жена. Кот медленно и неохотно подошел. Я показал ему чертенка. Кот не отреагировал.
- На, Масик, попробуй конфетку? – кот понюхал конфету, но есть не стал. Пришлось закопать ее в кучу корма. Масик был неразборчив в еде, но ел только из миски, и только вперемешку.
Мы ждали, затаив дыхание. Наконец кот доел все, и на дне миски конфеты не было. Я вынул одного чертенка из супа. Масик обнюхал существо. Дернул спиной. Обнюхал еще раз. И тут началось! Я не ожидал от нашего пожилого кота такой прыти! Масик дико заорал, зашипел и немедленно сожрал предложенное. Потом он полоснул меня по руке когтями и запрыгнул на стол, опрокинув все хрупкое и бьющееся, что там стояло. Жена попыталась его схватить, но Масик словно взбесился. Несчастный суп был опрокинут, чертенята в ужасе разбежались кто куда, кот носился за ними по всей кухне, а за котом носились мы с женой! Мы не хотели такого решения. Пусть глюки, но отдавать их на съедение было жалко и как-то не по-человечески.
Наконец Масик был пойман. Я накинул на него свою куртку. Ни одного чертенка не было видно. На кухне царил разгром и кавардак. Жена расстроенно повторяла:
- Ничего себе. Ничего себе.
Масик под курткой наконец успокоился. Я выпустил его в комнату и сказал:
- Жалко их, да?
- Угу, - шмыгнула носом жена. – Смешные были.
- Да уж. Но зато теперь мы опять нормальные люди. Кто же знал, что Масик так взбесится.
- Ох. Может, там валерьянка в начинке. Ну ладно, были и нет. Убраться надо.
- Да ну. Валерьянки точно не было. Давай мы оставшиеся выкинем, что ли? А потом уберемся.
- Давай выкинем. В мусоропровод?
- Нет, давай на помойку, подальше, - твердо сказал я, - на всякий случай.
Мы взяли коробку, положили в пакет и, взявшись за руки, как в первый месяц семейной жизни, пошли на улицу.
Уцелевшие двое чертенят на столе, устав баловаться и вылакав оставшееся виски из стакана, улеглись спать в хлебнице на засохшем батоне. Им было скучно. Ничего, - утешали себя они, - скоро придут хозяева. Совсем скоро. Они больше нас не бросят. Вот тогда мы и повеселимся!
А к помойке в поиске подходящей деликатесной закуски медленно брел местный безобидный бомж и алкоголик Вася…
